Пью я только с друзьями - имейте в виду,
Пить вино - так написано мне на роду.
Сам Господь написал, и поэтому бросить
Не могу. Ибо эти его подведу.
| Я спросил у мудрейшего: "Что ты извлёк
Из своих манускриптов?" И он мне изрёк:
"Счастлив тот, кто в объятьях красавицы нежной
По ночам от премудростей книжных далёк".
|
Жестокий этот мир нас подвергает смене
Безвыходных скорбей, безжалостных мучений.
Блажен, кто побыл в нём недолго и ушёл,
А кто не приходил совсем, ещё блаженней.
| Разум мой не силён и не слишком глубок,
Чтобы замыслов божьих распутать клубок.
Я молюсь и Аллаха понять не пытаюсь -
Сущность бога способен понять только бог.
|
Мне, Господь, надоела моя нищета,
Надоела надежд и желаний тщета.
Дай мне новую жизнь, если ты всемогущий!
Может лучше, чем эта, окажется та.
| Когда тело моё на кладбище снесут -
Ваши слёзы и речи меня не спасут.
Подождите, пока я не сделаюсь глиной,
А потом из меня изготовьте сосуд.
|
Каждый розовый, взоры ласкающий куст
Рос из праха красавиц, из розовых уст.
Каждый стебель, который мы топчем ногами,
Рос из сердца, вчера ещё полного чувств.
| Счастье смелым даётся, не любит тихонь,
Ты за счастье и в воду иди и в огонь.
Перед богом равны и бунтарь и покорный,
Не зевай - своё счастье не проворонь.
|
Ты скажешь, эта жизнь - одно мгновенье.
Её цени, в ней черпай вдохновенье.
Как проведёшь её, так и пройдёт,
Не забывай: она - твоё творенье.
| Назовут меня пьяным – воистину так!
Нечестивцем, смутьяном - воистину так!
Я есть я. и болтайте себе, что хотите:
Я останусь Хайямом. Воистину так!
|
Смертный, думать не надо о завтрашнем дне,
Станем думать о счастье, о светлом вине.
Мне раскаянья Бог никогда не дарует.
Ну а если дарует – зачем оно мне?
| Долго ль будешь скорбеть и печалиться, друг,
Сокрушаться, что жизнь ускользает из рук?
Пей хмельное вино, в наслажденьях усердствуй,
Веселясь, совершай предначертанный круг! |
В Книге судеб ни слова нельзя изменить.
Тех, кто вечно страдает, нельзя извинить.
Можешь пить свою желчь до скончания жизни:
Жизнь нельзя сократить и нельзя удлинить.
| .Много ль проку от наших молитв и кадил?
В рай лишь тот попадет, кто не в ад угодил.
Что кому на роду предначертано будет –
До начала творенья Господь утвердил!
|
Благородство и подлость, отвага и страх –
Все с рожденья заложено в наших телах.
Мы до смерти не станем ни лучше, ни хуже –
Мы такие, какими нас создал Аллах!
| В этом мире на каждом шагу – западня.
Я по собственной воле не прожил и дня.
Без меня в небесах принимают решенья,
А потом бунтарем называют меня!
|
Сбрось обузу корысти, тщеславия гнет,
Злом опутанный, вырвись из этих тенет,
Пей вино и расчесывай локоны милой:
День пройдет незаметно – и жизнь промелькнет.
| Если гурия страстно целует в уста,
Если твой собеседник мудрее Христа,
Если лучше небесной Зухры музыкантша –
Все не в радость, коль совесть твоя не чиста!
|
От излишеств моих - разве Ты обнищал?
Что за прибыль Тебе, если я отощал?
Я смирено прошу, чтобы Ты, милосердный,
Нас пореже карал и почаще прощал.
| Пусть хитрецы, сговорясь заодно,
Осуждают вино, дескать, вредно оно.
Если душу отмыть свою хочешь и тело -
Чаще слушай стихи, попивая вино.
|
Поток времен свиреп, везде угроза.
Я уязвлен и жду все новых ран.
В саду существ я сжавшаяся роза,
Облито сердце кровью, как тюльпан.
| Все ароматы жадно я вдыхал.
Пил все лучи. Я женщин всех желал.
Что жизнь? Ручей блестнул на солнце
И где-то в черной трещине - пропал.
|
Не ставь ты дураку хмельного угощенья,
чтоб оградить себя от чувства отвращенья:
Напившись, криками он спать тебе не даст,
А утром надоест, прося за то прощенья.
| Из верченья гончарного круга времен
Смысл извлек тонко тот, кто учен и умен,
Или пьяный, привычный к вращению мира,
Ничего ровным счетом не смыслящий в нем!
|
Хорошо, если платье твое без прорех.
И о хлебе насущном подумать не грех.
А всего остального и даром не надо -
Жизнь дороже богатства и почестей всех.
| Словно ветер в степи, словно в речке вода,
День прошл - и назад не придет никогда.
Будем жить, о подруга моя, настоящим!
Сожалеть о минувшем - не стоит труда.
|
"Как там в мире ином" - я спросил старика,
Утешаясь вином в уголке погребка.
"Пей! - ответил. - Дорога туда далека.
Из ушедших никто не вернулся пока".
| Нет благороднее растений и милее,
Чем черный кипарис и белая лилея.
Он, сто имея рук не тычет их вперед;
Она всегда молчит, сто языков имея.
|
